Путешествия во времени?

Умеем! Практикуем!
Путешествия во времени? Умеем! Практикуем!
Рейтинг: 16+, система: эпизодическая.
Время действия: январь 2431 года. И май 2014 года. И ноябрь 1888 года. А также июль 1477 года. Январь 1204 года. Октябрь 78 года. И июль 1549 года до н.э. Но они называют этот сезон Техи. И вообще: любое время на ваш вкус.

Дело времени

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Дело времени » Лом » (10.09.1900) Дороти была права


(10.09.1900) Дороти была права

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Название: Дороти была права.
Дата, время: 10 сентября 1900 года.
Место: Галвестон, Техас. Вернее то, что от него осталось.
Участники: Вечные, Невероятный и Яростная.
Краткое описание: 8 сентября 1900 года на Галвестон обрушился страшнейший ураган, который унес жизни более 6 тысяч человек и изрядно разрушил город. Именно его улицы в руинах и обломках были выбраны местом встречи старых друзей. И ничто не предвещало беды, но всегда что-то может пойти не так. Как говорится, конец света маловероятен, но всегда остается надежда.

+1

2

Сколько бы ни рассматривал черно-белые фотографии, сделанные на фоне разрушенных ураганом домов, ни за что не сможешь представить себе, как все выглядит на самом деле, пока не побываешь там сам.
Магистру такая возможность выпала. Он шел по обломкам, как когда-то шел отдаленно похожий на него человек по воде, легкий ветерок развивал его волосы и вокруг не было никого, кроме смерти.
Удивительно, как тихо бывает после ураганов и перед ними, будто ничего не случится и ничего не было. Время - также сложно грамматически, как и физически. Один короткий с точки зрения всего существующего миг и еще не рожденного миг, который повергает целые города в пучину небытия. Позже назовут официальное количество погибших и этой цифрой станет 8 000 человек. Будто выбранная наугад она пропишет себя в учебниках истории и станет легендой также, как и Галвестонский ураган. Но правда есть и всегда останется в том, что погибших, пострадавших и вовлеченных гораздо больше, чем восемь тысяч.
Ах Дороти, как же тебе повезло родиться в Канзасе.
Все вокруг выглядело, как карандашный набросок, будто кто-то не дорисовал картину и решил зачеркнуть ее несколькими сотен неумелыми движениями, изъяв из нарисованного хоть какой-то смысл. Покосившиеся дома, балки, поваленные деревья, щепки...возможно люди, наверняка люди. Мортимер старался не думать об этом, он никогда не был похож на полководцев из своего народа и никогда не станет похожим на них. По крайней мере так он предвидел сейчас, почесывая бороду среди обломков чьей-то жизни.
Зачем приходить сюда? Зачем бывать на пепелище Помпей, зачем мучить себя образами? Чтобы знать. Да, пожалуй, именно так, чтобы знать, что есть целый мир и он жив. Чтобы переносить его утраты и победы на себя, чтобы чувствовать себя таким же живым.
Там на обломках Галвестона все это было, а еще была она.
- Администрация города  задолго до трагедии 8 сентября советовалась с метеорологами и горожанами, после чего приняла решение не возводить морскую дамбу, предназначенную для защиты от тропических циклонов. Все согласились с тем, что вместо траты на очень дорогую дамбу деньги можно было пустить на что-нибудь другое, более полезное, - заговорил он, будто продолжая уже когда-то начатую беседу, возможно с кем-то другим.
Мортимер остановился перед Разрушительницей. Как ее звали теперь? Кажется, Лидия. Он откинул пшеничного цвета волосы назад, запутавшись в них перстнем на указательном пальце правой руки, и, кажется, вырвал прядь или две.
- Дерево еще влажное, хоть прошло два дня. Вода ушла отсюда до рассвета восьмого, а дерево под нашими ногами все еще влажное, - он подпрыгнул и опустился на гнилую доску, сломав ее пополам. - Нам лучше найти другое место, вон там крыша упала и распласталась по земле. Подойдет, - он двинулся к указанному месту, а затем внезапно обернулся и лицо его осветила улыбка.
Если бы эта улыбка была холодным оружием, то острее нее ничего просто не могло бы существовать.
- Ты наслаждаешься этим? Я знал, что будешь, - Магистр прищурился и показал пальцами правой руки жест, описывающий местной, словно легкая бабочка на лугу.
Он отвернулся и замолчал. Добравшись до крыши, Магистр запрыгнул на нее и картинно стукнул воображаемыми каблуками своей обуви.

Отредактировано Magister (10.06.2015 21:21:29)

+3

3

Сущность Разрушительницы нельзя воспринимать однозначно. Она многолика, сложна и запутана. Порой сама её носительница, ныне представлявшая мисс Лидией Беннет, уважаемой вдовой уважаемого человека, не могла с точностью определить, какая грань возьмет вверх в следующий миг.
Будет ли это мстительное создание, которое живет лишь разрушением, жестокостью и кровавыми расправами?
Будет ли это хитрое и коварное существо, тонко играющее людьми, подталкивая их на самые страшные преступления и предательства?
Или, быть может, философ, склонный к атараксии и глубинному самоанализу, воспринимающий мир, его пространство и время, как нечто непрерывно прекрасное и необъятное?
Или кто-то еще?
Как бы там ни было, нынче счастливый лотерейный билет вытянул третий из этой славной компании. Тот самый философ.
– Люди… – многозначительным, не без доли снисхождения и пренебрежения молвила Разрушительница, поднимая взгляд на Магистра и чуть щурясь. – Они не умеют видеть дальше собственного носа. И никогда не научатся. А если и научатся, то уже сознательно закроют глаза.
Женщина неопределенно повела плечами и задумчиво вздохнула. Затем поправила шляпку и отряхнула подол легкого платья по нынешней моде, которая не слишком-то отличалась от той, к которой Разрушительница привыкла в Лондоне.
– Не торопись. Дай солнцу и ветру сделать свою работу как подобает, – нравоучительно произнесла Лидия, все же не сдержав легкого смешка от мальчишеской выходки Невероятного.
Когда мужчина двинулся к указанной крыше, сама Разрушительница помедлила. Она неспешно обводила взглядом пейзаж, покрытый обломками чьих-то жизней и судеб. Было в этом что-то поэтичное, что-то более глубокое, чем можно было заметить на первый взгляд. Разрушение – это не конец. Разрушение – это лишь ступень к новому качеству. Главное, не испугаться и идти по этой лестнице дальше.
– Разумеется! – тонко улыбнулась женщина в ответ. – В этом моя суть и мое призвание. Я наслаждаюсь и восхищаюсь! Восхищаюсь той мощью, которая разнесла добротный город по щепкам. И снимаю шляпу перед величием природных сил, с чьими разрушительными возможностями мне никогда не сравниваться.
Разрушительница вдохнула влажный воздух полной грудью, тихо, почти беззвучно рассмеялась и, подобрав платье, подошла к Мортимеру (так, кажется, его зовут в его времени).   
– Ты, значит, обосновался в 2014 году? Нравится тебе там? – поинтересовалась Лидия. – Бывала в тех временах, так шумно!  Но в разрушениях окружающего мира и самое себя люди достигли небывалого прогресса!

+2

4

Отвращение. Вот что он чувствовал к разрушениям не как к результату неких действий, а как к самим действиям. Это вряд ли когда-то изменится и вряд ли проявится каким-либо активным образом.
Дело в том, что многие протестующие делают это настолько активно, что протест превращается в разрешение, а те ведут к неминуемому результату, который, в свою очередь, вызывает отвращение.
Мортимер протестовал молча и отрицая всякое участие. Иногда он срывался, но довольно скоро возвращался к первоначальной стратегии.
А, может, и не отвращение вовсе это было, а что-то другое. В этих чувствах разобраться всегда было сложно.
- Будем вести светскую беседу? - хотя, с другой стороны, зачем еще они здесь собрались? - Уболтала, чертяка языкастая.
Мортимер был одет в подобающем стиле, чтобы соответствовать времени. Он стоял посреди обломков чьих-то надежд на пьедестале из черепицы, засунув руки в карманы, и смотрел на свою старую родственницу, соратницу...на существо сходного вида женского пола (лучше не вдаваться в описательные детали).
- Значит живу я поживаю, добра нажи...хотя, постой, - он вытащил руки из карманов, блеснул на солнце камнями на перстнях, которые снимут, пожалуй, уже только с помощью бензопилы с его хладного трупа, а затем многозначительно почесал бороду, устремив взгляд в небо. - Не займешь пару долларов, желательно в твердой валюте желтого цвета? - Мортимер улыбнулся, поиграв бровями, и снова запустил руку в карман, чтобы достать из него колоду игральных карт.
- Да какая разница, где жить? - внезапно спросил он, перетасовывая карты. - Вопрос удобства - не более! Мне удобно быть иллюзионистом там в 2014 потому, что люди там достаточно умны, чтобы знать, за что платят, и достойно глупы, чтобы верить в чудо. Хотя, по сути, всего этого нет, - он сделал рукой внезапный жест и достал из собственных волос бубновый валет, чтобы вложить его обратно в колоду. - Все это - просто иллюзия существования, а на самом деле смысла нет, значит и фасад пуст. И этого тоже нет, - он кивнул на развалины. - Ты не подумай, я не философствую, просто говорю слова, со мной случается. Выбери карту, - он протянул колоду Разрушительнице.
- А вообще заходи как нибудь, сама посмотришь, только держись от ядерного оружия, мы должны оставить все, как есть, по крайней мере до 2430, - он снова улыбнулся каким-то своим мыслям, забрал карту, которую выбрала Лидия и стал производить манипуляции с колодой. - Ты мне лучше скажи, чем тебе ночные бабочки Уайтчепела не угодили.
Он слушал вечную очень внимательно, поглощая каждое слово, хотя лицом демонстрировал полную отстранённость от разговора и сосредоточенность на карточной фокусе.
Когда Лидия закончила говорить, Мортимер эффектно выбросил карту вперед в попытке оставить ее жирным доказательством своей победы на шифере, хотя обнаружил карту на лбу у подошедшего тихо мужчины (хотя Разрушительница наверняка почувствовала его приближение задолго до начала их разговора в отличии от сконцентрированного не на том Мортимера).
- Это твоя карта? - робко поинтересовался Магистр.
- Какая карта? Что вы тут делаете? Как вы выжили? Вам нужно пройти со мной!

+1

5

– Не вижу ничего плохого в беседе двух старых почти-друзей. Пусть и светской…
Разрушительница пожала плечами, обходя их временное пристанище по периметру, всматриваясь вдаль и вслушиваясь в редкие звуки. Тишина – такое редкое состояние природы, что её мгновения бесценны. Именно поэтому момент созерцания результата разрушений Лидия любила не меньше самого процесса.
Но Магистр снова заговорил и женщина повернулась в его сторону. Наблюдать за этим невероятным вечным было как минимум забавно, по крайней мере, пока он знал меру. Увы, подобное случалось реже, чем хотелось бы.
– У меня нет денег, – четко чеканя слова, ответила Разрушительница, коснувшись ладонью лба в известном жесте.
Кажется, много лет спустя этому многозначительному жесту дадут хлесткое название.
– Ты и так мне должен уже не один десяток монет! – мстительно напомнила Лидия, криво усмехнувшись.
Женщина бросила взгляд на гипнотизирующее движение карт, после тряхнула головой, прогоняя наваждение, и подставила лицо ветру. Следующий сильный порыв сдул с её головы шляпу, разметал волосы. Но Лидия лишь откинула их назад и проводила полет шляпки равнодушным взглядом. Она Разрушительнице даже не нравилась. То ли дело очаровательные шляпки XIX века, каждая из которых в её коллекции тянула на подлинное произведение искусства.
– Все относительно, друг мой, – отозвалась эхом женщина, выбрав не глядя карту. – Загляну всенепременно. А твое предостережение лишь распалило мой интерес!
Голос прозвучал капризно, словно бы ребенку показали очертания чудной игрушки, а потом тут же, не дав даже потрогать, отобрали.
– Но я попробую держать себя в руках и развлекаться менее масштабно, – сдалась все же благоразумию Вечного Лидия. – Ты сначала докажи, что это я.
Женщина хрипловато рассмеялась, обернувшись вокруг собственной оси. А потом въедливо поинтересовалась:
– Кстати говоря, сыщики будущего сколь-нибудь продвинулись в расследовании этого запутанного дела?
Лидия резко замолчала, обратив взор на оказавшегося рядом смертного. Его она чувствовала давно, но, не чувствуя угрозы, не придала ощущениям какого бы то ни было большого значения.
– Моя, – отрывисто ответила она, протягивая руку и забирая карту как трофей прямо со лба человека.
Но когда он соизволил заговорить, нахмурилась.
– Проваливай отсюда! – царственно велела женщина. – Иначе я задумаюсь над вопросом твоего выживания. Я могу – спроси у него!
Лидия ткнула пальцем в плечо Мортимера. А в следующий миг в её холеной ладошке блеснуло лезвие скальпеля.

+1

6

У Мортимера в жизни было всего одно правило и звучало оно каждый раз по-разному. Но суть совершенно не в этом, а в том, что, если бы сейчас его попросили назвать это самое правило, то из его пересохшей глотки вырвалось бы "Никаких скальпелей!".
Невероятный вечный был убежденным пацифистом и главной и единственной войне, которая его касалась (по крайней мере, это он говорил себе каждый раз, когда ложился спать), он не принимал никакого участия, хотя мир иллюзии настолько велик и обширен, что его услуги наверняка потребовались бы одной из сторон.
Но Магистру был противна сама мысль о том, чтобы приложить руку или другую часть тела к умерщвлению своих родичей. Он вообще щепетильно относился к всему тому, что пусть и отдаленно, но мог считать семьей. Вот сейчас, например, его немного тронутая кузина угрожала человеку скальпелем. Ну разве не милашка?
- Да вы уроды тронулись? На много миль вокруг все разрушено, вы тут не проживете на развалинах! - глаза подошедшего человека округлились, в них читалось возмущение и непонимание.
- Милейший, мы понимаем всю трагичность ситуации, - Мортимер забрал выпавшую из колоды карту и вставил ее обратно. - Но давайте не будем провоцировать даму, она пережила потерю, - он сделал брови домиком, поджал губы и вообще всячески постарался придать выражению лица ангельский вид.
- Как хотите, у меня нет времени вас уговаривать. Еще час мы будем собирать тех, кого найдем, а потом уедем. И храни вас господь, если не присоединитесь, - мужчина сплюнул на обломки и ушел, думая о своем героизме.
- Аллилуйя! - произнес Магистр и поднял руки к небу в театральном жесте. - Так на чем мы остановились? Ах да, нет, не разгадали, так и записан, как Джек Потрошитель. Хорошо хоть не Джон Доу, - вечный подмигнул, но улыбаться не стал, чтобы случайно не показалось, что он одобряет.
Назойливый спасатель шел прочь, где-то далеко слышался собачий лай. Видимо, их использовали для того для чтобы найти пострадавших, которые оказались захороненными под обломками. Мортимер посмотрел на Разрушительницу, пытаясь понять, пырнула ли бы та ножом незнакомого человека, пытавшегося им помочь совершенно бескорыстно или все же нет. На это можно было бы делать ставки, если вы любите такого рода игры.
- Откуда в тебе столько раздражительности, девочка моя, - вечный поднял левую бровь и погрозил указательным пальцем, на котором блестел перстень с коричневым камнем в воздухе.
Ему пришлось перевести взгляд на спину удаляющегося спасателя, не дослушав ответ, потому что на встречу тому бежал совершенно голый мужчина. Более того, мужчина оставался не узнанным и незамеченным, а соответственно,  не обласканным вниманием этого вежливого спасателя.
- Только не это, - Магистр закатил глаза, а затем обратил усталый взор на Лидию. - Думаешь, стоит вмешиваться?

+1

7

Разрушительница лишь картинно закатила глаза, выслушивая, как Мортимер сглаживал возникший конфликт. Она никогда не понимала этой предупредительности и заботы в отношении смертных. Они ведь пыль, никчемные песчинки в потоке, невыразительные ниточки в общем полотне времени. Они появляются, чтобы разрушать. Себя и окружающий мир. И лишь единицы могут выбиться из этой закономерности, становясь созидателями и творцами, меняя привычный ход вещей. Знакомства с такими людьми Лидия коллекционировала словно малахитовые шкатулки или яйца Фаберже.
Впрочем, тот экземпляр сметных, который находился сейчас пред светлых очах вечных, ничем выдающимся не отличался. Правда, Разрушительница уже поостыла и взирала на разговор сородича и человека с совершенно кислой миной. И немало обрадовалась, когда надоедливое двуногое насекомое отправилось далее по своим делам.
Только вот продолжение разговора не было особенно вдохновляющим. Мортимер поведал факты, от которых вновь захотелось рвать и метать, не оставить от этих уже руин и мелкого камешка.
– Глотку бы вырвала тому голыми руками, кто впервые придумал это бездарное прозвище. А затем по очереди всем остальным, кто участвовал в его популяризации, – тоном, граничащим с рыком, молвил Лидия. – Впредь буду аккуратнее и изобретательнее в своих развлечениях!
Обещание звучало угрожающе, а холеные ладошки так и жаждали сжаться титановыми тисками на чьей-нибудь шее. Увы, в ближайшей досягаемости был только Невероятный. А пытаться убить вечного – затея мягко сказать глупая и неблагодарная. Но помечтать-то можно!
Фантазия о кровавой расправе помогла поумерить пыл и жестокость. И, когда Разрушительница снова заговорила, тон её голоса снова звучал спокойно и традиционно ехидно.
– Риторический вопрос, дорогой, – елейно молвила женщина, бросив на собеседника насмешливый взгляд. – Как любят говорить люди, от верблюда. От того самого, от которого у тебя вся твоя «Невероятность».
Лидия посмотрела в том направлении, куда смотрел Магистр. Увиденное было настолько комично, что Разрушительница позволила себе рассмеяться.
– Думаю, не стоит, – утерев проступившие слезы, ответила она. – Но мы вроде как должны. Пойдем… А то этот гость из будущего еще натворит чего. И какая-нибудь мировая война начнется раньше времени.

+1

8

Леброн Джеймс в свои двадцатьпять лет был достаточно удачным наркодиллером, поднявшимся из бегунков в своем районе. Не смотря на свое имя, Леброн был белым и это обстоятельство заставляло его бегать дальше, хватать больше и меньше хлопать ушами. Однако некоторый процент насмешек над белым парнем по имени Леброн все-таки сохранился и это затруднение заставляло его стать похожим на своих уличных братьев на столько, на сколько это было возможно. В список действий входили широкие штаны, свободная толстовка, футболка с провокационной надписью и несколькими ошибками, по серьге в обеих мочках ушей, длинная толстая цепь и множество татуировок на обеих руках.
К сожалению, все эти смягчающие обстоятельства не удалось взять с собой в путешествие, о котором Леброн совершенно не подозревал, когда курил новый сорт забористого товара под названием "Отведи меня домой" в 4 утра на крыше самого высокого здания в Гарлеме. Он встал, чтобы открыть клапан и слить обрат прямо на и без того грязную улицу, а потом внезапно подскользнулся и упал.
В голове Леброна пронеслась вся его пацанская жизнь, уроки химии, английский, который он завалил, неоконченное среднее и пышнопопая Тейсти. Джемс кричал и звал маму, но приземлился совсем не на бомжа, который вливал в свой беззубый рот спиртное, которое купил на собранную мелочь, а на доски в совершенно непонятном месте.
Леброн начал думать, что сходит с ума, он метался по каким-то обломкам каких-то домов в месте, которое совершенно не было похоже на то, что он знал всю свою жизнь. А потом появились люди, будто из какого-то старого фильма о прошлом и они не замечали Джеймса, будто его там не было вовсе.
Спустя час постоянных криков, мата и угроз Леброн отчаялся и подумал, что совершенно сошел с ума. Он побегал вокруг людей еще немного, а потом махнул на это дело и стал плакать. Ну, а что? Этого все равно никто не видит.

- Эй, человек, - Магистр всегда сомневался в том, как бы получше обращаться к людям, особенно людям с кубиками на прессе и татуировками с ошибками, которые плачут, сидя на обломках сарая.
Леброн медленно поднял голову, протер красные из-за дури глаза и уставился на двоих, которые смотрели прямо на него.
- Че за нах? Вы меня видите? - Джеймс встал в полный рос, демонстрируя свое молодое наркодиллерское тело.  - Я умер, мужик, скажи честно, я умер? - он размахивал руками так, будто держал в них обрезы. - Это Ад? Почему меня никто не видит? Я Леброн, слышь, и у меня есть права, падла!

+1


Вы здесь » Дело времени » Лом » (10.09.1900) Дороти была права


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC